|
|
Людмила Темчина
ПОЙДЕМ НА СЕМАНТИЧЕСКОЕ ПОЛЕ. Рецензия на сборник "Кипарисовый ларец №3"
ПРОИЗВЕДЕНИЯ : Критика
Название сборника не случайно. В него вошли произведения молодых поэтов — членов одноименной литературной студии. На ее счету этот сборник — третий. И студия «Кипарисовый ларец» отличается от многих других тем, что делает упор на профессиональную поэзию.
Известно, что кипарис – это экзотическое дерево, а ларец из него — старинное украшение комнаты, отличается изяществом и наверняка содержит в себе что-то ценное. А еще у ларца есть крышка и замок, а значит попасть туда может не все.
"Мы держимся вместе в эти трудные времена, — написано во вступлении к сборнику — живем своей литературной жизнью и созидаем то, что называется современной русской литературой, в которую уже кажется никто не верит. Но вот есть мы..."
Да, в литературу сейчас мало кто верит. Но авторы сборника и не стремятся быть ПОНЯТНЫМИ МАССОВОМУ ЧИТАТЕЛЮ. Их цель-другая...
А что определяет по мнению составителей сборника литературу, а тем более — истинную? По мнению О. И. Татариновой, составителя сборника, это связь с культурным пространством. Это — почти математически скрупулезное следование определенным правилам, и — общение с классиками поэзии — чем теснее тем лучше.
В вышедшем сборнике представлены, как пишет составитель, авторы вполне стожившиеся, известные (но все-таки пока скорее узкому кругу. — Л.Т). Многие из них профессионалы: обучаются в Литинституте, на филфаках вузов, или уже закончили их.
Стихи Александра Кроткова схожи по своей манере с поэзией Мандельштама и Заболоцкого. Порой с точностью до деталей: "Кот мертв. Он умер сам без трибунала". А в стихотворении "Порою в сумерках я вижу желтый цвет" — есть что -то от Блока, а в общем оно удачно. (На такого рода подражаниях сделана вообще добрая половина этого сборника). У автора хватает в то же время своих достоинств – свежесть мысли, эмоциональность, присущая в этой книге далеко не всем, искренность, размышление о смысле жизни, о времени. "Временщики, огласите, пора приговор для подросшего Вити Виктор, дружок, кем ты стал ? генеральным конструктором сказок и снов." И те места, где меньше подражательности и академизма, больше связи с современностью, на мой взгляд, у автора наиболее сильны.
Игорь Болычев в приведенных тоже размышляет о судьбе России, о ее недавней истории и настоящем.
" Наше время характерно тем,
Что оно ничем нехарактерно:
Ни тебе величественных схем,
Ни тебе неразрешенных тем,
Все на удивление бездарно.»
У Ильи Оганджанова тягучий, тяжеловатый для восприятия стиль — одну из баллад он пишет в строку как прозу — с тематикой, тесно замешанной на восточной мифологии, он полон какой-то скрытой энергии и местами стихи пронзают остротой, неожиданностью образов, которая пробивается через монотонность формы. Самые обычные события жизни, детали, наполняются в его поэзии каким-то глубоким мистическим смыслом. "К вечеру талая речь наполняет пересохшие шлюзы гортани и становится тише память услужливей пожилое швейцара вечности хмурые постояльцы щедрее на чаевые к вечеру..."
Стихи Александра Москаленко гладки, грамотны, логичны и при этом слегка приподняты:
" И снова — обморочный май,
На откровение похожий,
Хоть пригоршнями собирай
Рассвет, сиреневый до дрожи."
У Александры Козыревой женщина — лирическая героиня пропускает через себя всю трагедию мира: ”Словно на сердце идут огневые бои". Язык ее стихов непрозрачен, даже тяжеловат, да и есть ли повод для легкости, веселья?
«Раскатисто смеется Глеб Жеглов,
Я их зову не зная страха боле,
всех тех, кого отчаянье сожгло:
пойдем на семантическое поле..."
Оригинально творчество Михаила Щербины. В его стихах образы, картинки, видимые героем, ярю, с чрезвычайной легкостью сменяют друг друга.
" ...Покрывало улетело.
Под микрофон устало брошена травина.
Устойчив образ рокового маслодела.
Секундомер раздавлен.
Веер полон цинка.
Хочу купить я плащ из пыльного капрона,
Но фотографии не весят в это лето.
Я возле паруса ловлю непринужденно
лучи от выпавшего на асфальт браслета".
Недаром у него так много назывных предложений. Порой эта легкость доходит до стадии потока случайных мыслей — отражения некой увлекательной энтропии нашего мира. И сам предмет
стихов — то же самое. " Во что я верю? Может быть, в Распад "- признается автор в одном из стихов.
Своеобразен Сергей Кромин, печатающийся под псевдонимом СКРЫ. У него описание сермяжной, порой черной, повседневной обыденности дано в патриархально — религиозном ключе и выражено это в стиле напевной изощренной звукописи, когда слова уже отрываются от своего смысла и превращаются в какие-то скороговорки. В его стихах много старославянскх слов, украинизмов, просторечий, а то и просто бессмысленных сочетаний звуков, что роднит его с футуристам.
" Вот и спит авсень
А в овсе синь
Вот и спет авсень".
У Яна Соловьева все наоборот, логично до предела. Он в неизменно жесткой, бескомпромиссной манере передает бессмысленность жизни, бездушие мира, приводящие к тотальному отчуждению человека. В общем, подборка данного автора пропитана духом изрядного пессимизма и негативизма. И от нее веет холодком. В стихотворении «Поэт» он замечает:
" По тонкой грани двух вселенных
Идет поэт с закрытыми глазами
Он точно знает: шаг любой от грани
Рассматривается как попытка к бегству.
ВЫСТРЕЛ!!!"
И вправду, все стихотворения Яна, находятся на границе с жутковатой запредельностью.
Пожалуй, выделяются из общей массы стихи известного поэта Ивана Макарова. Он пишет просто и искренне. Осень — вот лейтмотив этой подборки. А это — вынужденная переоценка всего, переделка, причем не в лучшую сторону: «Друзья, мы собрались как кролики в удаве, Пора ночная — перемена масок». Стихи подернуты пеленой ностальгии, и поэтому в чем-то перекликаются с творчеством позднего Есенина. (Но без деревенской тематики).
Стихи Павла Рожина и Ильи Костянова интересны своей лаконичной образностью — в некоторых из них всего по одной строке. Но если у Павла Рожина преобладает лирический уклон, роднящий его с жанром рок-поэзии (Павел — еще и автор-исполнитель собственных песен), и ,пожалуй. многовато красивостей, свойственных песне:
«Собака лает всеми цветами радуги
Поезд уходит веши гаммами спектра
Кристаллы музыки и живые клетки
Создают в бокале горящее тело",
то у Ильи Костянова стихи резче и публицистичнее:
"Крест запеленали в кровавое полотенце.
Господи! Ты с нами? Или против нас?
Решай!"
Есть в подборке и стихи самой Ольги Татариновой — добротные, философские, сложные по мысли и по форме, местами переходящие в верлибр.
"Город огромный и непреодолимый тянется
из конца в конец Вселенной
Супермагические квадраты, треугольники
могильники старых и добрых смыслов.
Разверзается Вечность под ногами промчавшихся
по истории всадников _
с их колесницами возками обозами тачанками ..."
А завершает книгу единственный непрофессионал - 11-летняя Оля Крылова – впрочем, уже пробующая себя в художественном переводе.
Такая вот в Кипарисовом ларце поэзия. Безусловно, профессиональная, местами несколько вторичная. Но это в данном контексте и говорит в пользу ее интеллектуальности. И хотя О.Татаринова говорит о прорыве подобных стихов в 21 век, но скорее, веет от всего этого пышного соцветия далекими десятыми годами, декадансом всех видов.
Качество всех стихов у каждого автора представлено, бесспорно, высокое. И поэтому сборник, в целом, несет в себе особую неповторимую атмосферу. Думаю, он заинтересует читателя. Поклонника интеллектуальной поэзии — особенно.
1997 год.
|
|
